Почему революция в России была неизбежна

 

В настоящей, и в нескольких последующих статьях, мы продолжим знакомство с только что вышедшей книгой - «Политэкономия русской революции». Данные статьи призваны показать подходы Автора к исследованию и помочь читателю определиться стоит ли тратить на нее свое время.

 

Первую статью начнем с самого начала, а именно с того, кто в России стоял у истоков буржуазной революции:

 

Во главе либерального движения в России стояла прогрессивная часть ее высшего сословия, которая уже со времен Екатерины II и Александра I предлагала свои конституционные проекты[*]. Однако превращение либеральной аристократии в политическую силу началось лишь с отменой крепостного права, тем самым еще раз подтвердив неразрывную связь крепостнического и абсолютистского принципов: Манифест об «освобождении крестьян» еще не был подписан, как видный общественный деятель, славянофил А. Кошелев уже предупреждал, что не пройдет и двух лет, до предъявления всеми губернскими дворянскими собраниями «петиции о правах»[1]. На самом деле не прошло и месяца с провозглашения Манифеста, а помещики, по словам министра внутренних дел П. Валуева, уже потребовали предоставления «дворянству конституционных прав и преимуществ в виде вознаграждения за нарушение их прав на поземельную их собственность»[2].

 

Либеральное движение высшего сословия концентрировалось в земствах, активность которых резко возросла со смертью Александра III. В адресах земств, поданных по случаю восшествия на Престол Николая II, отмечал этот факт С. Витте, «довольно ясно сказалось - прежнее, но затаенное ныне, стремление земства выйти из сферы местных дел, ему предоставленных»[3]. «Уже один факт возрастания числа отклонённых (земских) ходатайств…, несомненно, свидетельствует не об улучшении, а даже об изменении к худшему отношений между Правительством и Земством, особенно за время 1896-1898 гг.»[4] Фактически земским дворянством вопрос был поставлен так: конституция или самодержавие, «никакого среднего между этими двумя путями быть не может»[5].

 

«Дворянство несомненно, хотело ограни­чения государя, но хотело ограничить его для себя и управлять Россией вместе с ним…, - пояснял С. Витте,  Кто, если преимущественно не дворянство, участвовало во всех съездах, так называемых земских и городских представителей в 1904 и 1905 гг., требовавших конституцию, систематически подрывавших всякие действия царского правительства и самодержавного госуда­ря... К этому движению пристала буржуазия, и в особенности торгово-промышленная. Морозовы и дру­гие питали революцию своими миллионами»[6].

 

Именно дворянское конституционное движение пробудило к политической активности, в качестве своего союзника, уверенно набирающую силу буржуазию. Ее все возрастающую мощь подчеркивал тот факт, что капитал становился основной движущей силой общественного и экономического развития новой эпохи. Эту данность властно и непоколебимо подчеркивали различия в доходности капитала: в то время как доходы аристократических групп: рантье, землевладельцев, владельцев городских имуществ, снижались (большей частью просто проедались), доходы торгово-промышленной группы - наоборот демонстрировали уверенный рост (Гр. 1). Промышленный и торговый капитал становился основным двигателем экономического и социального развития России.

 

Гр. 1. Рост дохода за 1909/1904 гг., по группам,

 в текущих и постоянных ценах, в %[7]

 

 

 

Переход к новой форме хозяйствования неизбежно требовал и соответствующей смены политической формы власти: каждая форма хозяйствования может существовать и развиваться только при условии господства соответствующей ей формы власти. Точно так же как при феодализме формой выражения власти родового дворянства является абсолютная монархия, при капитализме формой выражения власти капитала выступает либеральная демократия. К началу ХХ века вопрос обретения власти стал для капитала насущным и необходимым условием его дальнейшего развития.

 

«Дворянину и буржуа нельзя уже стало вместе оставаться на плечах народа: одному из них приходится уходить», - констатировал этот факт печатный орган крупного капитала газета «Утро России», - «Жизнь перешагнет труп тормозившего ее сословия с тем же равнодушием, с каким вешняя вода переливает через плотину, размывая ее и прокладывая новое русло»[8]. Остроту проблемы отражали слова И. Солоневича, который  говоря о консервативном дворянстве, заявлял: «Этот «сброд» проживавший свои последние, самые последние закладные, стоял на дороге Гучковым, Рябушинским, Стахеевым, Морозовым — людям которые делали  русское хозяйство, которые строили молодую русскую промышленность, которые умели работать  и которые знали Россию. От их  имени А. И. Гучков начал свой штурм власти»[9].

 

Этот революционный переход отражал интересы не только либерального дворянства и буржуазии, а всех  неправящих классов и сословий России. И именно они станут настоящими протагонистами наступающей эпохи. У первенствующей из этих социальных групп доход за 1904-1909 гг., на фоне резкого падения доходов рантье и землевладельцев, наоборот практически удвоился. По темпам роста доходов эта группа в четыре раза опережала даже торгово-промышленную (Гр. 1): рост ее доходов за 1904-1909 гг. в текущих ценах составил 128%, а в постоянных – 98%[10]!

 

Настроения этой группы передавало в мае 1905 г. воззвание ее лидера: «Мы должны действовать, как кто умеет и может по своим политическим убеждениям... Все средства теперь законны против страшной угрозы (катастрофы), заключающейся в самом факте дальнейшего существования настоящего правительства... мы говорим: всеми силами, всеми мерами добивайтесь немедленного устранения захватившей власть разбойничьей шайки и поставьте на ее место Учредительное собрание...»[11].

 

Что же представляло из себя правящее, привилегированное сословие помещичьего дворянства, против которого с такой непримиримостью выступали прогрессивные круги общества[*]. «Типичный помещик, даже постоянно проживавший в своем имении, - характеризовал его британский историк С. Беккер, - откровенно паразитировал на крестьянах, которым он предоставлял в обработку землю в обмен на оброк (деньгами или натурой) или барщину (отработку трудом)»[12]. «Отработки» за ссуды или аренды, подтверждает российский историк А. Островский, «по сути дела это была возрожденная барщина, приобретшая ростовщическую форму»[13].

 

Представление о размере этого ростовщического процента давал пример приводимый видным экономистом аграрником П. Масловым: в зимнюю пору крестьянин из крайней нужды «соглашается на всякие условия, предлагаемые им нанимателями», например, сжать десятину хлеба за 1 руб. 50 коп., тогда как при летнем наемке эта работа стоит 4-6 рублей»[14]. Для крестьян «сдельные работы в страду в помещичьих хозяйствах – беда, разорение»[15], - подтверждал видный смоленский помещик А. Энгельгардт, - «Что же тут удивительного, что при всех наших естественных богатствах мы бедствуем. Работает мужик без устали, а все-таки ничего нет»[16].

 

Государственная «экономическая политика в отношении дворянского землевладения, - приходил к выводу в 1897 г. известный правовед Б. Чичерин, - порочна: она искусственно поддерживает тех, кто не умеет хозяйничать и все равно никогда не сможет приспособиться к новым пореформенным условиям. Прямой результат этой политики - появление в среде дворянства значительного паразитирующего, рептильного слоя помещиков, живущих от одной подачки к другой и не имеющих, сколько бы им ни помогали, никаких перспектив на выживание»[17].

 

Не случайно видный представитель прогрессивных кругов, один из крупнейших промышленников России, П. Рябушинский призывал: «Нужно стремиться ускорить процесс разложения дворянского сословия, нужно всеми силами содействовать его обезземеливанию, - и всякий купец, работающий в этом направлении, несомненно, содействует прогрессу России»[18].

 

И именно этот полуфеодальный помещичий правящий класс стеной стоял за сохранение своей власти и своего привилегированного положения. «Большинство дворянства, в смысле государственном, - замечал по этому поводу С. Витте, - представляет собой кучку дегенератов, которые кроме своих личных интересов и удовлетворения своих похотей ничего не признают, а потому и направляют все свои усилия относительно получения тех или других милостей за счет народных денег, взыскиваемых с обедневше­го русского народа для государственного блага…»[19].

 

Только Первая русская революция 1905 г. смогла пробить брешь в монолите полуфеодального строя и в тяжком наследии крепостного права – социальной сегрегации русского крестьянства. Именно первая русская революция привела к образованию парламента, к настоящей реформе в образовании, к столыпинским реформам…[*]. Однако с затуханием революции постепенно все реформы оказались заморожены. В результате, характеризуя политическую ситуацию накануне Первой мировой войны, лидер российский либералов П. Милюков констатировал: «компромисс оказался невозможным и потерял всякое значение… Два противоположных лагеря стояли теперь открыто друг против друга…»[20].

 

К началу ХХ века буржуазная революция в России стала жизненной необходимостью, и в непримиримую борьбу  за ее осуществление включились все прогрессивные силы страны... Проблема заключалась лишь в том, в виду ее уникальных особенностей, Россия не могла просто взять и повторить опыт Западной Европы в этом вопросе. Буржуазная революция по западным образцам в России была невозможна...

 

Исследованию этих особенностей России посвящена книга Автора «Капитал Российской империи, Политэкономия русской цивилизации», настоящая книга «Политэкономия русской революции» демонстрирует, как эти особенности проявили себя в политической переломный момент ее истории.

 

(Купить книгу "Политэкономия русской революции")

 

 



[*] См. подробнее: Галин В. Капитал Российской империи. Политэкономия русской цивилизации. – М. Алгоритм. 2019. Гл. Патриархальная идиллия.



[1] Цит. по: Валуев П.А…, т.1, с. 68-69.

[2] Валуев П.А…, т.1, с. 102; См. подробнее: примечание П.А. Зайончковского, с. 370. (Письмо министра финансов Кнежевича от 9 апреля 1861 г.)

[3] Витте С. Ю. Липинский М.А…, с. 164.

[4] Витте С. Ю. Липинский М.А…, с. 154.

[5] Витте С. Ю. Липинский М.А…, с. 212.

[6] Витте С.Ю… т. 1, с. 667.

[7] Рассчитано и построено на основании данных: Доход по группам, с доходами свыше 1000 руб.: 1905 г. Финн-Енотаевский “Современное хозяйство в России” и “Опыт исчисления народного дохода”. Изд. Министерства Финансов; 1909-1910 г. Подоходный налог. Ожидаемое число плательщиков, по исследованию, произведенному податными инспекторами и казенными палатами в 1909‑1910 г. (Рубакин Н.А…. §42) ; Инфляция: минимальный рост индекса цен за данный период, по данным С.П. Боброва и Института экономических исследований. (Струмилин С.Г. Очерки экономической истории России. М.,1960. С.115.)(Доходы…, Лист 5)

[8] «Утро России», 19 мая 1910 г. (Цит. по: Кара-Мурза С..., с. 82.)

[9] Солоневич И…, Гл.: О символике вообще.

[10] Рассчитано на основании данных: Доход по группам: 1905 г. Финн-Енотаевский “Современное хозяйство в России” и “Опыт исчисления народного дохода”. Изд. Министерства Финансов; 1909-1910 г. Подоходный налог. Ожидаемое число плательщиков, по исследованию, произведенному податными инспекторами и казенными палатами в 1909‑1910 г. (Рубакин Н.А…. §42);(Доходы…, Лист 5)

[11] Милюков П. Н... с. 244

[12] Беккер С…, с. 49-50.

[13] Островский А.В. Российская деревня…, с. 268.

[14] Маслов П…, с. 364.

[15] Энгельгардт А.Н.., с. 394.

[16] Энгельгардт А.Н.., с. 401.

[17] Чичерин Б. «О современном положении русского дворянства». // «Санкт-Петербургские ведомости» 29 января 1897 г. («Русский консерватизм XIX столетия. Идеология и практика. /под ред. Гросул В.Я. - М.: Прогресс-традиция, 2000, Глава 6. К.Ф. Шацилло. Консерватизм на рубеже XIX-XX веков)

[18] Рябушинский, сентябрь 1912 г. (Петров Ю.А. Династия Рябушинских. - М. Русская книга. 1997. 197 с., с. 92)

[19] Витте С.Ю…, т. 1, с. 719.

[20] Милюков П. Н... с. 461.

Оставить комментарий

Комментарии (0)

    Подписаться
    Если Вы хоте всегда быть в курсе новостей и авторской деятельности В. Галина, оставьте свои координаты и Вам автоматически будут рассылаться уведомления о новостях появляющихся на сайте.

    Я согласен с условиями Политики Конфиденциальности