Великобритания

 

Общество развивается, в то время как политические машины рушатся, идут на свалку. Что касается англий­ского народа, его здоровья и счастья, то я предрекаю ему широкое, светлое будущее. Что же касается почти всей политической машины, которая ныне так плохо управляет Англией, то для них я вижу лишь одно место — на мусорной свалке

Джек Лондон[1]

 

«Англия, родина капитализма и паровой машины, распространила над землею тот угар угольного дыма и ко­рыстолюбия, в котором задыхается душа. Со времени на­полеоновских войн мир стал пуританским в пугающих масштабах. XIX столетие по праву именуется английским» - кто мог поспорить с этими словами В. Шубарта[2]? Великобритания была первой в промышленности, в торговле, в финансах, в науке, ее флот и колониальная империя так же были величайшими в мире. В 1888 г. население Великобритании составляло всего 2% от населения земного шара, но на долю этой страны приходилось 54% всех промышленных товаров, циркулирующих в мире. Этот рекордный показатель более никогда и никем не был превзойден. Британия действительно была Великой, не только для англичан, но и для всего мира прорубая для него дорогу в будущее. Дж. Р. Киплинг назвал эту работу «Бременем белых»:

 

…Твой жребий – Бремя Белых!

Но это не трон, а труд:

Промасленная одежда,

И ломота, и зуд,

Дороги и причалы

Потомкам понастрой.

Жизнь положи на это–

И ляг в земле чужой.

 

Твой жребий–Время Белых!

Награда же из Наград –

Презренье родной державы

И злоба пасомых стад.

Ты (о, на каком ветрище!)

Светоч зажжешь Ума,

Чтоб выслушать: «Нам милее

Египетская тьма!»

 

Твой жребий – Бремя Белых!

Его уронить не смей!

Не смей болтовней о свободе

Скрыть слабость своих плечей!

Усталость не отговорка,

Ведь туземный народ

По сделанному тобою

Богов твоих познает...

 

Но что принесло лидерство Британии ее народу? вопрошал Т. Карлейль: «Для кого существует это богатство, богатство Англии? Кого оно благословляет, кого делает счастливее, красивее, лучше, умнее? До сих пор никого. Наша успешно развивающаяся индустрия не имеет до сих пор никаких результатов; окруженный богатством, голодает народ; среди золотых стен и полных закромов никто не чувствует себя довольным и безопасным… Спуститесь в низшие классы, где хотите… взяв официальные исследования или просто открыв глаза и осмотревшись вокруг себя. Всегда получается один и тот же результат. Именно придется признать, что рабочая часть богатой английской нации опустилась или опускается до такого состояния, которое если принять все его стороны, никогда не имело себе равного… никогда еще с начала общества судьба этих молчаливых миллионов тружеников не была, в общем, так невыносима, как в дни, переживаемые нами теперь. Теперь человека делает несчастным не то, что он умирает, и даже умирает от голода, - многие люди уже умерли, и все мы должны умереть, - но то, что он живет в таком жалком состоянии неизвестно почему. Тяжело работать и ничего не получать, быть удрученным сердцем, утомленным, вдобавок еще одиноким, отчужденным, окруженным всеобщим холодным laisser faire – это значит умирать в течении всей своей жизни среди глухой, мертвой, бесконечной несправедливости… Времена наши прямо беспримерны»[3].

Английский публицист У. Коббет в начале XIX в. писал о жизни наемных сельскохозяственных рабочих в Англии: «Их жилища мало чем отличаются от свинарников, и питаются они, судя по их виду, не многим лучше, чем свиньи… За всю свою жизнь я нигде и никогда не видел столь тягостного человеческого существования…»[4]. Пытавшихся протестовать или организовывать профсоюзы обвиняли в государственной измене и казнили, либо отправляли в тюрьму или каторгу, а для разгона демонстрации привлекали армейские подразделения.

Положение английского рабочего потрясло даже жившего в эпоху крепостного права А. Пушкина. В своей статье путешествие из Москвы в Петербург великий поэт писал: «Прочтите жалобы английских фабричных работников: волосы встанут дыбом от ужаса. Сколько отвратительных истязаний, непонятных мучений! Какое холодное варварство с одной стороны, с другой какая страшная бедность! Вы подумаете, что дело идет о строительстве фараоновых пирамид, о евреях, работающих под бичами египтян. Совсем нет: дело идет о сукнах г-на Смидта или об иголках г-на Джаксона. И заметьте, что все это есть не злоупотребление, не преступление, но происходит в строгих пределах закона. Кажется, что нет в мире несчастнее английского работника, но посмотрите, что делается там при изобретении новой машины, избавляющей от каторжной работы пять тысяч или шесть народу и лишающей их последнего средства к пропитанию...»[5].

К. Маркс писал о варварской эксплуатации труда капиталом с «натуры» именно в Англии. Именно в Лондоне К. Марксом в 28.09.1864 года было  основано Международное товарищество рабочих - I Интернационал. Одна из работ Ф. Энгельса 1845 г., была посвящена той же теме: «Положение рабочего класса в Англии».

Классики марксизма были в данном случае не одиноки, им вторил и будущий лидер консерваторов, и премьер-министр Англии Б. Дизраэли: «Христианство учит нас любить ближнего своего, как самого себя, современное общество не принимает ближних как таковых». Именно будущий премьер-министр увидел в 1845 г. в Англии, по его словам: две ничем не связанные друг с другом нации – господ и рабов. В 1895 г. Г. Уэллс в романе «Машина времени», доведет мысль Дизраэли до логического конца. В книге отправившись в будущее, герой узнает, что человечество разделилось на два вида: элои – хрупкие утонченные аристократы, жившие в роскошных садах, и морлоки – потомки пролетариев, слепые обитатели подземного мира, представляющие собой огромный завод.

Джек Лондон посетивший Англию в 1902 г., оставил свои впечатления в книге «Люди бездны», которая может служить наглядной иллюстрацией общественно-социальной жизни того времени: «Я увидел много плохого... Притом прошу не забывать, что время, которое я описываю, считалось «хорошим временем» в Англии. Я увидел голод и бездомность, увидел та­кую безысходную нищету, которая не изживается даже в периоды самого высокого экономического подъема... Страдания и голод… приняли столь широкие размеры, что общество не могло справиться с этим бедствием»[6]. «И все это происхо­дило…, - отмечал Дж. Лондон, - в сердце самой великой, самой богатой, самой могущественной импе­рии, какая когда-либо существовала на свете»[7].

«Было время, - продолжал Джек Лондон, - когда европейские нации обрекали нежеланных им евреев на жизнь в городских гетто. Сего­дня господствующий класс при помощи менее грубых, но не менее жестоких средств обрекает нежеланных и все же необходимых ему рабочих на существование в гетто, поражающем своими гигантскими масштабами и невообразимо чудовищными условиями жизни»[8]. «Господство одного класса зиждется на вырождении другого; когда рабочие согнаны в гетто, им трудно избе­жать процесса вырождения. В гетто вырастает низкорос­лое, физически недоразвитое, слабовольное племя, рез­ко отличающееся от племени хозяев»[9].

«Нелепо даже на миг предположить, что эти люди в состоянии конкурировать с рабочими Нового Света. Доведенные до нечеловеческого состояния, опустив­шиеся и отупевшие обитатели гетто не смогут быть полезными Англии в ее борьбе за мировое господство в области промышленности, в борьбе, которая, по свидетельству экономистов, уже началась… когда дела Англии примут скверный оборот, то обитатели гетто, доведенные до полного отчаяния, могут стать опасными: толпами ринутся они на Западную сторону, чтобы отом­стить за все беды, причиненные ею жителям Восточной стороны. В этом случае под огнем скорострельных пушек и прочих современных средств ведения войны они погибнут еще быстрее и проще»[10].

«Средняя продолжительность жизни обитателей Западного Лондона пятьдесят пять лет, жителей же Восточного Лондона — тридцать... А еще толкуют об ужасах войны!... Вот где проливается кровь — здесь, в самой мирной обстановке! И в этой войне не соблюдается никаких гуманных правил: женщин и грудных детей убивают здесь с такой же жестокостью, как и мужчин... Убийство — вот это что!»[11] «Бездна — это   поистине   колоссальная   человекоубойная машина»[12].

Джек Лондон утверждал, что: «все примеры нищеты и деградации в Лондоне относятся ко всей Англии в целом... Ужасные условия, превращающие Лондон в ад, превращают в ад и все Соединенное Koролевство»[13]. «Численность английского народа — сорок миллионов человек, и из каждой тысячи девятьсот тридцать девять умирают в бедности, а постоянная восьмимиллионная армия обездоленных находится на грани голодной смерти… каждый только что родившийся на свет младенец уже имеет долг в сумме двадцать два фунта стерлингов. За это он может бла­годарить тех, кто изобрел «национальный долг»»[14]. «Ни один из представителей этого правящего класса не сумеет оправдаться перед судом Человека... Восемь миллионов человек, никогда не евшие досыта, и шестнадцать миллионов, никогда не имев­шие теплой одежды и сносного жилья, предъявляют счет правящему классу…»[15].

 



[1] Лондон Дж..., с. 352

[2] Шубарт В…, с. 301.

[3] Карлейль Т. Теперь и прежде. М.: 1994, с. 202, 203, 256 (Булгаков С.Н…, с. 508-509).

[4] Коббет У. Сельские прогулки верхом.

[5] Пушкин А.С. Путешествие из Москвы в Петербург. (XI, 257)

[6] Лондон Дж..., с. 351

[7] Лондон Дж..., с. 392

[8] Лондон Дж..., с. 463-464

[9] Лондон Дж..., с. 469

[10] Лондон Дж..., с. 473-474

[11] Лондон Дж..., с. 485-486

[12] Лондон Дж..., с. 377

[13] Лондон Дж..., с. 508

[14] Лондон Дж..., с. 516-517

[15] Лондон Дж..., с. 519

 

Подписаться
Если Вы хоте всегда быть в курсе новостей и авторской деятельности В. Галина, оставьте свои координаты и Вам автоматически будут рассылаться уведомления о новостях появляющихся на сайте.