Суровая реальность

«Каждый человек имеет право стоять на берегу и спокойно смотреть на утопающего; но если в течение этих долгих и мучительных минут зритель не потрудился даже бросить веревку человеку, борющемуся с потоком, то приходится извинить пловца, если он грубо и неуклюже хватается то за один, то за другой камень», - У. Черчилль[1]. В случае с Россией, не «каждый человек», а «союзники», не просто «спокойно смотрели на утопающего», а стоя на берегу под улюлюканье толпы забрасывали его камнями. Виновен ли в данном случае пловец, что ему пришлось пойти на жертвы ради своего выживания…

 

При оценке результатов «Русской революции» неизбежно возникает вопрос о том, что принесла она самой России? Ведь ее развитие пошло по совсем другому пути, чем стран Запада.

Идеологический - право-либеральный подход связывает этот факт с господством СССР коммунистической идеологии и ее врожденным тоталитарным характером. Практический - с объективными условиями функционирования общества. Россия обладала и обладает уникальными естественными особенностями, отличающими ее от всех остальных стран мира. Эти особенности описаны автором в книге «Капитал Российской империи»[2]. Эти отличия предопределяли особенности пути развития России, но не только они.

Другая причина была связана с тем, что Запад никогда не смирился с «русской революцией»: начиная с интервенции, агрессия против Советской России в той или иной форме велась непрерывно до самого падения Советского Союза. Материальные и человеческие потери Советской России в этой борьбе только от иностранной интервенции и Второй мировой войны в разы превышали все, что потеряла любая страна Запада в ХХ веке:

Материальные потери России, были сопоставимы с ее человеческими потерями, которые, как за время Первой мировой и интервенции, так и Второй мировой,превышали потери всех остальных стран, участвовавших в этих войнах, вместе взятых. В мирное время «Холодная война», начавшаяся сразу после окончания интервенции, нанесла стране такой материальный урон, которые страны Запада испытывали только во время тотальных войн: удельные военные расходы СССР даже в 1970-1980 гг. были в 2-3 раза выше, чем в США и в 4-5 раз, чем в странах Западной Европы[3]. Весь период своего существования Советская Россия жила, по сути, в режиме осажденной крепости.

Любое сильное общество, оказавшись в подобной ситуации, неизбежно прибегает к мобилизации власти и экономики. Наглядным доказательством тому могут служить примеры самых демократичных стран мира, которые во время тотальных войн всегда прибегали к мобилизационной политике по типу «военного социализма». Чем глубжекризисные условия, и чем дольше она длится, к тем более радикальным формам мобилизации вынуждено прибегать общество для своего выживания.

И чем дольше длится и глубже заходит мобилизация, тем труднее потом становится процесс демобилизации, а иногда даже невозможен без коренного слома всей существующей системы. При превышении экономической мобилизационной нагрузкой определенного предела («упругого сопротивления») он становится неизбежным, потому что мобилизация, по своей сути, всегда является исчерпанием внутренних экономических, социальных, политических и прочих резервов данного общества.

Что касается идеологии, то В. Ленин в 1921 г. сам признал провал своей попытки немедленного построения социализма в 1918 г.: «Тогда предполагалось осуществление непосредственного перехода к социализму без предварительного периода, приспосабливающего старую экономику к экономике социалистической. Мы предполагали, что, создав государственное производство и государственное распределение, мы этим самым непосредственно вступили в другую по сравнению с предыдущей экономическую систему производства и распределения. Мы предполагали, что обе системы — система государственного производства и распределения и система частноторгового производства и распределения — вступят между собой в борьбу в таких условиях, что мы будем строить государственное производство и распределение, шаг за шагом отвоевывая его у враждебной системы. Мы говорили, что задача наша теперь уже не столько экспроприация экспроприаторов, сколько учет, контроль, повышение производительности труда, повышение дисциплины. Это мы говорили в марте и апреле 1918 г., но мы совершенно не ставили вопроса о том, в каком соотношении окажется наша экономика к рынку, к торговле»[4].

«"Мы" часто сбиваемся все еще на рассуждение: "капитализм есть зло, социализм есть благо", - продолжал Ленин, - Но это рассуждение неправильно, ибо забывает всю совокупность наличных общественно-экономических укладов, выхватывая только два из них»[5]. В 1921 г. после окончания гражданской войны, в период свертывания мобилизационной политики военного времени, Ленин возвращался к своим идеям июля 1917 г., когда он заявлял, что «диктатура пролетариата» «нисколько еще не сделает из нашей буржуазной револю­ции революцию социалистическую, демократический пе­реворот не выйдет непосредственно из рамок буржуаз­ных общественно-экономических отношений; но, тем не менее, значение такой победы будет гигантское для бу­дущего развития и России и всего мира»[6].

Резкие изменения политики большевиков были связано не только с критическими условиями, в которых им приходилось действовать, но и с тем, что они были первыми, у них не было не только никакого опыта, но даже теоретических представлений о том каким должно быть будущее, к которому они стремились, каким путем его достигнуть.

 «Единственный серьезный теоретический обоснователь экономического социализма, Маркс, - отмечал в этой связи С. Витте, - более заслуживает внимания своею теоретической логичностью и последовательностью, нежели убедительностью и жизненной явностью. Математически можно строить всякие фигуры и движения, но не так легко устраивать на нашей планете при данном физическом и моральном состоянии людей. Вообще социализм для настоящего времени очень метко и сильно указал на все слабые стороны и даже язвы общественного устройства, основанного на индивидуализме, но сколько бы то ни было разумного жизненного иного устройства не предложил. Он силен отрицанием, но ужасно слаб созиданием»[7].

Действительно Маркс не оставил никаких не только практических наработок, но даже сколь значимых идей о том, как строить будущее и каким путем к нему идти. Единственное на что указал Маркс в предисловии к «Капиталу», так это то, что «страна, промышленно более развитая, показывает менее развитой стране лишь картину ее собственного будущего»[8]. Однако, вследствие разных природно-климатических и исторических условий, невозможно просто взять и скопировать опыт другой страны. Кроме этого мировая война и русская революция неожиданно для самих большевиков увела Россию гораздо дальше их теоретических построений. Копировать, по большему счету, было некого и нечего.

Этот факт беспристрастно констатировал в начале 1920-х гг. Е. Преображенский: «Увы, и на европейском континенте и на американском материке мы имеем страны, промышленно гораздо больше развитые, чем Россия, но, к сожалению, ни одна из этих стран не в состоянии показать промышленно отсталой советской России картину ее ближайшего будущего. Тот неожиданный зигзаг, который проделала история фактом победы в результате установления диктатуры пролетариата как раз в одной из отсталых, аграрных стран Европы, как Россия, при наличии капиталистических отношений в экономически более передовых странах, этот зигзаг сделал ситуацию… несравненно более сложной (в смысле обучения отсталых стран у передовых), чем та, в обстановке которой писались… слова Маркса»[9].

В России, в виду сложившихся обстоятельств, все будет иначе, чем в западных странах отмечал Преображенский, «существование двух различных и в своих тенденциях враждебных процессов развития» приводит их к неизбежному и непримиримому конфликту. «Для нарастания и созревания конфликта нужен (только) определенный срок»[10]

 

Продолжение главы в Книге

 



[1] У. Черчилль, в оправдание политики тайных договоров Антанты перед США. (Черчилль У…, с. 187).

[2] См. сайт автора www.Galin.biz

[3] 1970-1998 гг. Леонтьев В. Географическое распределение мировых военных расходов. Межотраслевая экономика - М. Экономика. 1997. 472 с., с. 283. См. подробнее: Галин В. Последняя цивилизация. Политэкономия XXI в. – М.: Алгоритм, 2013. На сайте автора www.Galin.biz

[4] Ленин В.И. ПСС, т. 44, с. 199.

[5] Ленин В. О продовольственном налоге. Апрель 1921 г.

[6] Ленин В. Две тактики социал-демократии в демократической революции. ПСС. т. VIII, с. 62-63.

[7] Витте С.Ю… т. 1.

[8] Преображенский Е. Перспективы Новой Экономической Политики.

[9] Преображенский Е. Перспективы Новой Экономической Политики.

[10] Преображенский Е. Перспективы Новой Экономической Политики. 1921 г. http://www.ruthenia.ru/sovlit/j/104.html

Подписаться
Если Вы хоте всегда быть в курсе новостей и авторской деятельности В. Галина, оставьте свои координаты и Вам автоматически будут рассылаться уведомления о новостях появляющихся на сайте.