Лишние руки

Демография — это судьба.

Огюст Конт[1]

 

 

Демографические приливы и отливы есть символ жизни минувших времен, это следующие друг за другом спады и подъемы... В сравнении с этими фундаментальными реальностями все (или почти все) может показаться второстепенным.

Ф. Бродель[2].

 

Характеризуя демографическую ситуацию в России накануне Первой мировой войны Дж. М. Кейнс в 1919 г. отмечал: «Население европейской России увеличилось еще в большей степени, чем население Германии. В 1890 году оно было меньше 100 миллионов, а накануне войны оно дошло почти до 150 миллионов; в годы, непосредственно предшествующие 1914 году, ежегодный прирост достигал чудовищной цифры в 2 миллиона... Великие исторические события часто бывают следствием вековых перемен в численности населения, а также прочих фундаментальных экономических причин; благодаря своему постепенному характеру эти причины ускользают от внимания современных наблюдателей... Таким образом, необычайные происшествия последних двух лет в России, колоссальное потрясение общества, которое опрокинуло все, что казалось наиболее прочным... являются, быть может, гораздо более следствием роста населения, нежели деятельности Ленина или заблуждений Николая...»[3].

Прирост населения России был сопоставим с показателями Германии, Англии и Франции вместе взятых:

 

Среднегодовые темпы прироста  населения, в %, за 1900-1912 гг.[4]

 

 

 Причины стремительного роста населения известный экономист и аграрник того времени П. Маслов объяснял тем, что «малопроизводительный и дешевый труд требует большего количества рук на единицу владельческой земли и, поэтому, как это не покажется странным, дает большему количеству населения возможность полуголодного существования земледелием. Получается присущее современным хозяйственным отношениям противоречие: малая производительность труда увеличивает емкость территории»[5].

Впервые избыток населения в России грозно проявил себя во время голода 1891 г. С этого времени общины ввели самый уравнительный принцип землепользования - по едокам, т.е. приоритетом ставилась обеспечение физического выживания людей[1].Причина этого голода была предсказана еще Т. Мальтусом, который отмечал, что численность населения в аграрном обществе растет быстрее, чем производство продовольствия. Развязка наступает тогда, когда оказываются исчерпанными все доступные источники сельскохозяйственных земель.

Первые признаки нехватки земли стали проявляться в России еще в середине 1870-х гг.  «В настоящее время, - писал в те годы А. Энгельгард, - вопрос о крестьянской земле, о крестьянских наделах сделался вопросом дня»[6]. «Мужики ждут только милости насчет земли. И платить готов, и начальство, и самоуправство терпеть и ублажать готовы, только бы землицы прибавили.. насчет землитолков, слухов, разговоров не оберешься. Все ждут милости, все уверены – весь мужик уверен, что милость насчет земли будет. Любой мальчишка стройно, систематично, «опрятно» и порядочно изложит вам всю суть понятий мужика насчет земли, так как эти понятия он всосал с молоком матери»[7].

 

«Толковали не о том, что у одних отберут и отдадут другим, - дополнял Энгельгардт, - а о том, что равнять землю. И заметьте, что во всех этих толках дело шло только о земле и никогда не говорилось о равнении капиталов или другого какого имущества»[8]. Равнять землю – «каждому отрежут столько, сколько, кто сможет обработать. Царь никого не выкинет, каждому даст соответствующую долю в общей земле…»[9]. При этом если земля должна принадлежать обществу, «то другие предметы, скот, лошади, деньги, принадлежат дворам, семьям…»[10].

 

Слухи усилились с 1878 г. «После взятия Плевны о «милости» говорили открыто на сельских сходах… Все ожидали, что тогда в 1879 г. выйдет «новое положение» насчет земли… мысль о «милости» присуща каждому – и деревенскому ребенку, и мужику, и деревенскому начальнику, и солдату, и жандарму, и уряднику из простых, мещанину, купцу, попу…Толки об этом никогда не прекращаются…»[11]. «Министр внутренних дел Маков, желая убедить народ, что никаких равнений не будет, так как правительство и закон ограждают собственность, издал в 1879 г. известное «объявление»... «Объявление» однако, не достигло цели…»[12]. Между тем, из-за стремительного роста населения, площадь крестьянских наделов становилась все меньше:

 

При отмене крепостного права большинство крестьян уже было наделено землей в размерах, не обеспечивавших даже прожиточного минимума. В 1877 г. 78% крестьянских дворов (6,2 млн.) имели наделы ниже этой нормы и находились на грани полуголодного существования. Не смотря на то, что площадь пашни, с момента освобождения крестьян, выросла почти на 50%, реальный возможный надел на мужскую душу, по данным Министерства сельского хозяйства, снизился с 4,7 десятины в 1861 - до 3,96 в 1906 г.[13]. На практике ситуация была еще хуже:

 

Средний надел, дес. на 1 душу мужского пола крестьян без разрядов,

по данным Комиссии об оскудении центра 1900 г.[14]

 

1860 г.

1880 г.

1900 г.

По 50 губ. Европейской России

4,8

3,5

2,6

 

В губерниях Центрального Черноземья среднедушевой надел был еще ниже, достигая в Курской и Орловской губерниях 1,7-1,8 дес. на душу мужского пола[15]. С учетом разрядов наименьшие наделы были у помещичьих крестьян, например, в Симбирской губернии, они с 1861 по 1902 гг. уменьшились с 2,6 до 0,9 десятины, а у государственных и удельных крестьян - с 4,2 до 1,3[16]. «Истинный смысл малоземелья остается фактом…, - констатировал А. Кауфман, - притом не только у наименее, но даже у изобильно обеспеченных землею групп крестьянства, и не открывает достаточного простора для приложения крестьянского труда… у многочисленных групп населения она не обеспечивает даже продовольствия»[17].

 

Все это время «крестьяне безропотно переносили ужасы голода, не поддерживали революционные партии», - отмечает В. Кондрашин[18]. Переломным стал катастрофический голод 1891 г., он похоронил надежды крестьян на «милость» дарованную сверху. Не случайно, по словам М. Покровского, «начало поворота современники, почти единогласно, связывают  с неурожаем 1891 года»[19]. Впервые о «ряде крестьянских беспорядков» циркуляр министерства внутренних дел сообщит в 1898 г.[20], с 1901 г. крестьянские волнения стали вспыхивать по всей стране.

Кульминацией станет Первая русская революция 1905 г. движущей силой, которой, по словам С. Витте, являлось именно крестьянство: «Самая серьезная часть русской революции 1905 года, конечно, заключалась не в фабричных, железнодорожных забастовках, а в крестьянском лозунге: «Дайте нам землю, она должна быть нашей, ибо мы ее работники»  - лозунги, осуществления, которого стали добиваться силою»[21]. Журнал Вольного экономического общества в 1908 г. сообщал: «Крестьяне старались, прежде всего, добыть землю своего помещика», «О претензиях крестьян на землю своих прежних помещиков пишут корреспонденты всех губерний». «Этого барина земля наша, и мы не дадим ее никому ни арендовать, ни покупать» гласят анкеты Вольного экономического общества»[22]. «У нас в воздухе висит что-то зловещее, -  свидетельствовали в том же году из Воронежской губернии, - Каждый день на горизонте зарево пожаров, дышится и живется трудно точно перед грозой»[23]. П. Столыпин в те годы приходил к выводу, «что близко уже то время, когда нам придется стать пе­ред вопросом экспроприации частновладельческих земель»[24].

Однако и это было уже паллиативом, перед лицом стремительно растущего населения. Сам Столыпин, выступая в Думе, указывал на полную безрассудность передела: «поголовное раз­деление всех земель едва ли может удовлетворить земельную нужду на местах…, придется отказаться от мысли наделить землей весь трудо­вой народ и не выделять из него известной части населе­ния в другие области труда. Это подтверждается из цифр прироста населения... Рос­сия, господа, не вымирает; прирост ее населения превосхо­дит прирост всех остальных государств всего мира, достигая на 1000 человек 15 в год... Так что для удовлетворения землей одного только прирастающего населения, считая по 10 дес. на один двор, потребно было бы ежегодно 3 500 000 дес.»[25]. Таких запасов свободной пахотной земли не было даже в огромной России. «Эта цель в России недостижима, - подтверждал немецкий исследователь М. Вебер, - статистика не оставляет на этот счет никаких сомнений. Нужного количества земли попросту нет»[26].

Но даже нехватка земли была еще половиной беды, настоящая проблема заключалась в том, что перед Столыпиным стояла задача резкого повышения эффективности сельскохозяйственного производства[27]. Ее решение, утверждал Столыпин, возможно только на базе перехода к частному землевладению. Кроме этого «крепкий личный собственник», по мысли Столыпина, являлся бы «преградой для развития революционного движения»[28]. Идея была реализована в законе от 9 ноября 1906 г. «В основе этого проекта положен принцип индивидуального пользования... весь проект основан на том лозун­ге, который с цинизмом был высказан Столыпиным в Государственной думе, что этот крестьянский закон создается не для слабых, — т. е. не для заурядно­го крестьянства — а для сильных... мне мнится, - писал С. Витте, - что ... последуют большие смуты и бес­порядки, вызванные именно близорукостью и полицейским духом этого нового крестьянского за­кона. Я чую, что закон этот послужит одной из причин пролития еще много невинной крови»[29].

 



[1] В общине существовало два основных принципа надела землей: по «трудовой норме» и по «потребительной норме» (по едокам). «Принцип «трудовой нормы» исходит из «права на труд», принцип «потребительной нормы» - из «права на существование»» (Вебер М…, с. 581-582))



[1] Воннер У., Уиггин Э…, с. 232.

[2] Бродель Ф. Материальная цивилизация, экономика и капитализм в ХV -XVIII веках. Т .1. Структуры повседневности. М., 1986., с. 42–44.

[3] Кейнс Дж. Экономические последствия Версальского договора. М.-Л., 1924., c. 6, 104. (Keynes J.M. The Economic cosequences of the Peace. Printed by R. & R. Clarc, Limited, Edinburg, p. 13.)

[4] Построено на основании данных: Тэри Э…, с. 14. (Естественный прирост…)

[5] Маслов П. Тенденции развития сельского хозяйства. Научное обозрение № 2 1901 г., с. 100. http://science-review.ru/?section=content&op=show&id=116

[6] Энгельгардт А.Н.., с. 331-332.

[7] Энгельгардт А.Н.., с. 459.

[8] Энгельгардт А.Н.., с. 466.

[9] Энгельгардт А.Н.., с. 467.

[10] Энгельгардт А.Н.., с. 468.

[11] Энгельгардт А.Н.., с. 461.

[12] Энгельгардт А.Н.., с. 462.

[13] Вебер М…, с. 627.

[14] Кн. Д. И. Шаховской. Выкупные платежи. Великая реформа, т. VI, стр. 105 и след (См. подробнее: Рубакин Н.А…) См. так же: (Мануйлов А.А. Поземельный вопрос в России..., с. 21.)

[15] Зырянов П.Н. Указ. соч. С. 49. (Безгин В...)

[16] По данным Всеволжского Н.Н. (См. подробнее Мануйлов А.А…, с. 23).

[17] Кауфман А.А. «Вопросы экономики и статистики крестьянского хозяйства. 1915». (Антология..., с. 582).

[18] В.В. Кондрашин. 1995 г. (Кара-Мурза С…, с. 63.)

[19] Александров М. С. Группа народовольцев (1891-1894), т. 5 // Былое, 1906, ноябрь (Покровский М..., с. 291-292)

[20] Циркуляр министерства внутренних дел от 17 июля 1898 г., Горн В. Общественное движение в России в начале XIX века, т.1, с. 241-242. (Покровский М…, т.3, с. 324.)

[21] Витте С.Ю…, т. 2..., с. 251.

[22] Труды Вольного экономического общества, 1908, №3, с. 95-96. (Покровский М…, с. 326.)

[23] Маслов П. Аграрный вопрос в России. т. 2. СПб., 1908. [260]. (Судьбы..., с. 143).

[24] Цеклшский А.В.Мои воспоминания (П.А. Столыпин — семь встреч с ним). Рукопись. - Белград, 1937 // ГА РФ. Ф. 5881. Оп. 1. Д. 753. Л. 8 об.-9 (Бородин А.П…, с. 182)

[25] Столыпин. Речь об устройстве быта крестьян и о праве собственности. Госдума 10.05.1907. (Рыбас С. Ю…, с. 287)

[26] Вебер М…, с. 581-582.

[27] О столыпинской аграрной реформе можно больше узнать из: Карпов И. Аграрная политика Столыпина. Л., 1925; Дубровский С.М. Столыпинская реформа, капитализация сельского хозяйства в XX веке. М., 1925; Ефремов П.И. Столыпинская аграрная политика. М., 1941; Першин П.Н. Аграрная революция в России. Кн. I. М., 1966; Сидельников С.М. Аграрная по­литика самодержавия в период империализма. М., 1980, и др. Батуринскчй Д.А. Аграрная политика царского правительства и Крестьянский поземельный банк. М., 1925; Мещеряков П.В. Переселенцы. Че­лябинск, 1941; Симонова М.С. Экономические итоги столыпинской аграрной политики в центрально-черноземных губерниях//Исторические записки. 1958. № 63; Анфимов A.M. Крупное помещичье хозяйство Европейской России. М., 1969, Кризис самодержавия в России. 1895-1917. Л., 1984, и др. Иерусалимский А.Ф. Некоторые вопросы развития крестьянского движения 1910-1914 гг.//История СССР. 1959. № 4; Анфимов A.M. Российская деревня в годы первой мировой войны (1914 - февраль 1917 г.). М., 1962;

Дубровский С.М. Сельское хозяйство и крестьянство России в период империа­лизма. М., 1975.

Герасименко Г.А. Борьба крестьян против столыпинской аграрной политики. Саратов, 1985.

[28] Речь в Государственной думе 5.12.1908. (Рыбас С. Ю…, с. 335.)

[29] Витте С.Ю…, т. 2, с. 499-501.

Подписаться
Если Вы хоте всегда быть в курсе новостей и авторской деятельности В. Галина, оставьте свои координаты и Вам автоматически будут рассылаться уведомления о новостях появляющихся на сайте.