Грустное предостережение

 

Поймите сей­час, пока еще не поздно. Мои соотечественники так же любопытны, как дети, и так же нетерпимы, как испан­ские инквизиторы.

М. Геррик, американский посол во Франции, 1919 г.[1]

 

 

«Большинство историков ассоциируют холодную войну с периодом после 1945 года... Всем известными составляющими послевоенной холодной войны стали красная угроза и красные, сдерживание, мир­ное сосуществование, предвыборные кампании под знаком антиком­мунизма и нагнетание страха. Но ведь в этих бросающихся в глаза чертах холодной войны не было ничего нового, - замечает современный канадский историк М. Карлей, - Они были обычны и популярны уже в период между войнами и самым фундаментальным образом влияли на формирование европейской внешней политики»[2].

«Холодная война» началась буквально на следующий день после социалистической революции в России, когда госсекретарь США Лансинг в своем меморандуме заявил, что большевики являются «опасными радикальными социалистами-револю­ционерами, угрожающими Америке и мировому порядку…»[3]. Однако президент хоть и санкционировал участие Соединенных Штатов в интервенции, занимал не столь однозначную позицию. В. Вильсон считал большевистскую революцию прогрессивным явлением, не смотря на все ее недостатки: «Конечно кампания убийств, конфискаций и полной деградации законных систем заслуживает абсолютного осуждения. Однако некоторые из их доктрин были созданы из-за давления капиталистов, которые полностью игнорировали права рабочих повсюду…, он (Вильсон) предупредил, что если большевики отдадут дань политике закона и порядка, то они вскоре сумеют овладеть всей Европой и сокрушить все существующие правительства»[4].

Перелом в политике Вильсона произойдет после окончания Парижского конгресса. В тот период ключевой задачей для Вильсона являлось обеспечение участия США в Лиге наций. Достижению этой цели и должна была послужить пропаганда угрозы большевизма. Во время своей по­ездки по западу страны осенью 1919 г. агитируя за ратификацию вступления США в Лигу наций, Вильсон заявлял, что Лига наций во главе с США станет заслоном на пути большевиков, которые «так же жестоки и безжалостны, как агенты самого царя», распространяют «ночь, хаос и беспорядок», а потому должны пасть»[5]. Французский премьер Клемансо, за треть века до Фултона, в том же 1919 г. провозгласил: «Мы желаем поставить вокруг большевизма железный занавес, который помешает ему разрушить цивилизованную Европу»[6].

 

Планы создания подобного занавеса вызревали в Европейских кабинетах еще до появления первого большевика на сцене истории. Осенью 1916 г. после побед ген. Брусилова, в ожидании скорого окончания войны, британский МИД представил правительству меморандум относительно основ разрешения территориальных вопросов в Европе после войны. Меморандум предусматривал создание кордона из пограничных государств, что «оказалось бы эффективным барьером против русского преобладания в Европе»[7]. Ничего оригинального в этом не было, почти тем же самым закончился и Венский конгресс 1814 г.[1]

Однако на этот раз было кое-что и новое, а именно - на европейском театре появился новый участник игры. В феврале 1909 г. русский военно-морской агент в Вашингтоне докладывал: «Странным фактом является то, что ровно год прошел после того, как Англия сняла с нас двухвековой антагонизм, и вместо Англии новым таким же искусным застрельщиком явилась Америка и именно в тот момент, когда она почувствовала свою военную и торговую мощность. Не есть ли это грустное предостережение того, что в ближайшем будущем Америка сделается действительно нашим заклятым врагом – на это что-то похоже»[8].

 

Американцы приняли самое активное участие в строительстве «железного занавеса». Этому способствовали дружеские отношения, установившиеся между Г. Гувером и премьер министром Латвии, выпускником университета Линкольна (Небраска), бывшим американским профессором К. Ульманисом. На финансирование германских частей во главе с генералом фон дер Гольцем и вооружение войск правительства Ульманиса в 1918-1920 гг. США выделили свыше 5 млн. долл. Помощь другой прибалтийской стране, описывал в своей книге «Американская интервенция в Литве в 1918-1920 гг.» Д. Файнхуаз: «В 1919 г. правительство Литвы получило от госдепа снаряжение и обмундирование для вооружения 35 тысяч солдат на общую сумму 17 млн. долл… Общее руководство литовской армией осуществлял американский полковник Даули, помощник главы военной миссии в Прибалтике». В Литву прибыла даже специальная американская бригада, офицеры которой вошли в состав литовской армии. Аналогичная помощь была оказана и эстонской армии[9].

Одновременно США помогали строить «демократию» в самой России. В этих целях «17(30) июня 1918 г. я, - писал Колчак, - имел совершенно секретный и важный разговор с послом США Рутом и адмиралом Гленноном... я оказался в положении, близком к кондотьеру»[10], - то есть наемному военачальнику... Американский Красный Крест с разрешения президента В. Вильсона выделил Колчаку военного имущества на 8 млн. долларов. Командующий американскими войсками в Сибири генерал Гревс признавал, что «американский Красный Крест в Сибири действовал как агент по снабжению Колчака».

Правда, в Сибири Колчака никто не ждал, поэтому союзникам для высадки «спасителя отечества» в России пришлось заранее «расчистить почву», эту задачу должен был взять на себя чехословацкий корпус. Роль союзников в колчаковской эпопее однозначно определял глава интервенционистских сил Антанты в Сибири французский генерал М. Жанен: «Без чехословаков и без меня они (колчаковцы) вообще не существовали бы»[11]. США выступили основным спонсором чехословацкого корпуса, на поддержку которого Франция дает 11 млн. франков, Англия — 80 тыс. фунтов, США - 12 млн. дол­ларов. Доллар стоил тогда примерно пятую часть фунта и пять франков. Другими словами, констатирует Кремлев, почти все деньги че­хословацкий корпус должен был получить из Вашингтона[12].

Мятеж чехословацкого корпуса имел переломное значение для всей российской истории. По мнению бывшего члена ЦК мень­шевистской партии, министра труда КОМУЧа И. Майского: «Вмешательство чехов в российскую рево­люцию…. оказались… поистине роковыми. Не вмешайся чехословаки в нашу борьбу, не возник бы Комитет членов Учредительного собрания и на плечах последнего не пришел бы к власти адмирал Колчак. Ибо силы самой русской контрреволюции были совершенно ничтожны. А не укрепись Колчак, не могли бы так широко развернуть свои опе­рации ни Деникин, ни Юденич, ни Миллер. Гражданская война ни­когда не приняла бы таких ожесточенных форм и таких грандиоз­ных размеров, какими они ознаменовались: возможно даже, что не было бы и гражданской войны в подлинном смысле этого слова...»[13].

К аналогичному мнению приходил и ближайший соратник Колчака, премьер его правительства Г. Гинс: началом гражданская война в России «обязана чешскому выступлению в конце мая 1918 г.»[14]. К подобным выводам приходил и популярный автор «Красного террора» С. Мельгунов: «выступление чехов имело огромное значение… для всех последующих событий в России»[15]. И командующий силами Юга России А. Деникин: «главный толчок к ней (гражданской войне) дало выступление чехословаков...»[16].

Данный факт признавали и сами делегаты съезда чехословацкого корпуса[2] в своем заявлении они протестовали против того, чтобы чехословацкое войско «употреблялось для полицейской службы, по­давления забастовок, чтобы от имени республики принуждалось сжи­гать деревни, убивать мирных жителей...»[17]. Делегат съезда А. Кучера особо под­черкивал: «За кровь, которая в настоящее время льется на необозри­мом братоубийственном поле битвы в России, чехословаки несут наибольшую ответственность, за эту кровь должно отвечать чехословацкое войско…»[18]. Другой легионер Ф. Галас заявлял, что: «сибирская экспедиция останется самым грязным пятном в истории чешского народа»[19], [3].

Американцы, наряду с союзниками, выступили не только в роли спонсоров и вдохновителей гражданской войны в России, но и сами принимали в ней непосредственное участие. Именно американский президент, по мнению английского писателя П. Флеминга, нес ответственность за начало интервенции в Сибири: «Америка первой решилась послать свои войска в Сибирь, все остальные союзники тут же последовали ее примеру»[20]. О последствиях интервенции вспоминал генерал Гревс, возглавлявший в то время американские войска в Сибири: «Жестокости, совершенные над населением, были бы невозможны, если бы в Сибири не было союз­нических войск»[21]. Под прикрытием союзнических войск отмечал В. Гревс: «В Восточной Сибири, совершались ужасные убийства, но совершались они не большевиками, как это обычно думали. Я не ошибусь, если скажу, что в Восточной Сибири на каждого человека, убитого большевиками, приходилось 100 человек, убитых антибольшевистскими элементами»[22]

Кроме Сибири союзные войска с американским контингентом были высажены на Севере России. Участник тех событий американский генерал У. Ричардсон вспоминал: «Мир никогда не был заключен с Россией, и никогда не могло быть мира в сердцах русского населения на Ваге и Двине, которое видело свое жалкое имущество конфискованным в связи с «дружественной интервен­цией», свои домики в пламени и себя самого изгнан­ным из жилищ, чтобы искать приюта в бесконечных снежных просторах. Дружественная интервенция? Слишком очевидна бы­ла ее цель там, на месте, в Архангельске, в то время как государственные люди, заседавшие в Париже, тщет­но пытались найти достойные объяснения этой постыд­ной войне. По их словам, военная необходимость требо­вала того, чтобы далекие мирные хижины на Двине бы­ли разрушены. А солдаты, не будучи от природы столь жестокими людьми, должны были следовать этому призыву - раз­рушать…»[23] «Когда последний американский батальон уходил из Архан­гельска, - констатировал американский генерал, - ни один солдат не имел даже смутного пред­ставления о том, за что он сражался, почему он ухо­дит теперь... Война Америки с Россией даже не была войной. Это была преступная затея, так как она не получила санк­ции американского народа»[24].

 



[1] Союз Англии, Австрии и Франции против России был заключен 3.01.1815.

[2] Как «мятежники», они будут арестованы белочехами.

[3] 25 мая 1918 г. – день начала мятежа Чехословацкого корпуса, можно считать фактической датой начала гражданской войны в России. Формальным объявлением гражданской войны можно считать 27 декабря 1917 г., когда П. Милюков лидер партии кадетов, набравшей на выборах в Учредительное собрание всего 5% голосв, опубликовал в «Донской речи» Декларацию призванную легализовать Добровольческую армию.



[1] Александр М…, с. 491.

[2] Карлей М..., с. 38

[3]Лэнсинг Фрэнсису, 30.11.1917. FRUS, 1918, Russia, 1:273. Lansing, Statement on Recognition, 4.12.1917, Lansing Papers, box 2, Princeton, NJP (Дэвис Д.Э., Трани Ю.П.. с. 169, 171)

[4] Уткин А.И. Унижение России…, с. 380.

[5] Дэвис Д., Трани Ю.., пред. В. Никонова с. 10-11.

[6] История второй мировой войны. 1939—1945. Том 1: Зарожде­ние войны. Борьба прогрессивных сил за сохранение мира. М., 1973, с. 13 (Грызун В..., с. 80-81)

[7] Трухановский В.Г…, с.171.

[8] Донесение капитана 2 ранга А.К. Небосильсина 4/17 февраля 1909 г. //РГА ВМФ Ф. 418, Оп. 1. № 4088ю Л. 48 (Носков В.В. Завершилась ли Холодная война. В сборнике: Холодная война в Арктике. – Архангельск, 2009. - 380 с., с. 25-26.)

[9] Емельянов Ю.В..., с. 226.

[10] Иоффе Г.З. Колчаковская авантюра и ее крах. - М., 1983, с. 16. (Кожинов В.В…, с. 170.)

[11] Janin Maurice. Moje ucast na Seskoslovenskem boji za svobodu. Praha, 1923, s. 276. (Голуб П. А…, с. 422).

[12] Кремлев С., Путь к пакту…, с. 317. См. Так же История США, т.3…, с. 60.

[13] Майский И. Демократическая контрреволюция. М.-Л., 1923, с. 166. (Голуб П. А…, с. 42-43).

[14] Гинс Г. К..., с. 642.

[15] Мельгунов С. П. Трагедия адмирала..., с. 139.

[16] Деникин А. И. Указ. соч., т. 3, с. 91. (Голуб П. А…, с. 42).

[17] Kvasnička J. Československe legie v Rusku. Bratislava, 1963, str. 254. (Голуб П. А…, с. 98).

[18] Kratochvil J. Cesta revoluce. Praha, 1922, str. 553-554. (Голуб П. А…, с. 98-99).

[19] Halas Frantisek. Bez legend. Praha. 1958. S. 94. (Голуб П. А…, с. 406).

[20] Флеминг П…, с. 112.

[21] Гревс В. Американская авантюра в Сибири. 1918-1920. М., 1932, с. 197. (Голуб П. А…, с. 413).

[22] Гревс В. Американская авантюра в Сибири. 1918-1920. М., 1932, с. 8. (Голуб П. А…, с. 317).

[23] Ричардсон У. П… (Голдин В.И…, с. 408-411.)

[24] Ричардсон У. П… (Голдин В.И.. с. 401.)

Подписаться
Если Вы хоте всегда быть в курсе новостей и авторской деятельности В. Галина, оставьте свои координаты и Вам автоматически будут рассылаться уведомления о новостях появляющихся на сайте.