ФДР

 

Экономика страны не должна быть храмом менял и нищих.

Ф. Рузвельт[1].

 

Чтобы достигнуть порта, нам нужно плыть, а не стоять на якоре, плыть, а не дрейфовать.

Ф. Рузвельт[2].

 

В марте 1932 г. вся страна начала повторять слова губер­натора Нью-Йорка о том, что «никому в стране не должно быть позволено жить ненакормленным, неодетым и лишенным жилья»[3]. 7 апреля  губернатор говорил: «В переживаемое нами тяжелое время нужны пла­ны, в которых возлагается надежда на забытого человека, находящегося в основе социальной пирамиды»[4]. 23 сентября претендент на президентский пост от демократической партии, в программной речи в Сан-Франциско, заявил о необходимости «экономического планирования» в целях «более справедливого распределения богатств и товаров и приспособления существующей экономической организации к нуждам народа».

«Каждый человек имеет право на жизнь, а это значит, что нельзя отрицать и его права на достаточно обеспеченные жизненные условия... Правительство должно дать каждому человеку возможность добиться своим трудом обладания необходимой для его нужд части общественного богатства... Если для обеспечения этого права человека надо ограничить собственнические права спекулянта, манипулятора, финансиста, я считаю такое ограничение совершенно необходимым». В конце речи Ф. Д. Рузвельт призвал дополнить положения Декларации независимости о защите естественных и неотчуждаемых прав человека провозглашением «декларации экономических прав»[5].

Ф. Рузвельт одержал убедительную победу на выборах, за него отдали голоса 23 млн. избирателей и 472 выборщика, Г. Гуверу удалось получить 16 млн. голосов и только 59 выборщиков. Демократы завоевали уверенное большинство и в обеих палатах Конгресса. В своей инаугурационной речи Рузвельт заявил: «Я испрошу у Конгресса самые широкие полномочия, что бы начать войну с несчастьем, я испрошу такие полномочия, как если бы на нас напал внешний враг». Виновниками тяжелого положения в стране президент назвал «некомпетентных банкиров и неразборчивых в средствах ростовщиков»[6]. Так началась эпоха Ф.Д. Рузвельта, продолжавшаяся почти 12 лет. 

 

Количество голосов отданных за Рузвельта и претендента от республиканской партии,

на президентских выборах, млн. чел.

 

 

 

С первым испытанием новый Президент столкнулся, едва вступив на должность. Его предвыборные заявления пугали бизнесменов перспективами социализма, что спровоцировало новую волну роста безработицы и банкротства банков[7]. Наиболее острый характер приняла паника на валютном рынке, вызванная слухами о возможной отмене «золотого стандарта»[8]. Началось массовое изъятие золота. В феврале 1933 г. из государствен­ного золотого запаса за границу ушло золота на 160 млн. долла­ров, за первые четыре дня марта - еще более 200 млн.[9].

В феврале начался полный развал банковской системы, который практически парализовал экономическую жизнь страны. 3 марта в стране началось массовое закрытие банков. Новое правительство среагировало мгновенно. В свой первый рабочий день 5 марта Рузвельт объявляет четырехдневные «банковские каникулы» для всех банков страны, а 8 марта, что золотой стандарт сохраняется[10]. Принятый Конгрессом 9 марта Закон о чрезвычайной помо­щи банкам давал президенту право принимать все необходи­мые меры и срочно напечатать 2 млрд долларов[1]. Бюро гравирования и печати за ночь провело эту операцию. Утром деньги направили в 12 городов Америки, где существовали банки Федеральной ре­зервной системы. Право открытия получили лишь "здоровые" - са­мые крупные банки они сразу же возобновили свою работу.

12 марта Ф. Рузвельт обратился к нации: «В стране создалось напряженное положение с банками. Некоторые банкиры, распоряжаясь средствами людей, показали свою некомпетентность или пошли на нечестные пути. Доверенные им деньги они вкладывали в спекуляции или рискованные ссуды. Они потрясли народ Соединенных Штатов и на время лишили его ощущения безопасности…». Как отмечает А. Уткин: «как ни странно слово подействовало». Уже 13 марта (вторая неделя пребывания Рузвельта у власти) взносы в банки, к изумлению банковских служащих, превысили изъятия, а к концу недели две трети банков страны возоб­новили свою деятельность. По мнению Моли, «капитализм был спасен за восемь дней»[11].

20 марта был принят Закон об экономии, который сокращал на 500 млн. долларов расходы на содержание государственного ап­парата, кроме этого были урезаны расходы на вооружения. 5 апреля действуя на основании Закона о торговле с врагом 1917 г. и мартовского Чрезвычайного банковского закона президент объявил о национализации золота. Последнее должно было быть сдано по цене 20,67 $ за унцию, нарушение каралось штра­фом в 10 тысяч долларов и десятью годами лишения свободы[2].

19 апреля президент отменил золотой стандарт[3]. Свои действия Рузвельт объяснял следующим образом: «несколько недель назад сложилось такое положение, которое очень легко могло бы привести, во-первых, к оттоку нашего золота в другие страны и, во-вторых, в силу этого оттока, — к «бегству» американских капиталов в виде золота из нашей страны... Это привело бы к такому дальнейшему ослаблению государственного и частного кредита, которое вызвало бы панику и полную остановку промыш­ленности»[12]. 5 июня Конгресс принял решение об аннулировании пунктов всех контрактов, предусматривавших выплаты золотом, включая обязательства правительства США[13]. Верховный суд признал, что Конгресс не имел на это права, но поскольку нахождение золотых монет в частных руках стало незаконным, требования компенсировать убытки, связанные с изменением стоимости золота суд постановил оставить без удовлетворения![14]

Курс доллара теперь менялся изо дня в день. Назначаемая Рузвельтом на каждый день цена золота не имела принципиального значения. «Мы просто хотели выдержать тен­денцию постепенного повышения цены в надежде, что за ней последуют цены на товары…»[15]. В октябре, когда большая часть золота была сдана, доллар был девальвирован, стоимость унции золота подскочила до 35$.

Одновременно изъятием золота Рузвельт пытался укрепить национальной валюту, на которую «в настоящее время… слишком силь­но влияют случайные факторы, связанные с международной торговлей, внутренней политикой других стран и бурными политическими событиями на других континентах… Госу­дарственная торговля золотом нужна не только для того, чтобы скомпенсировать временное падение цен, — для нас это этап на пути к регулируемой валюте»[16]. В дальнейшем роль государства в банковской системе была значительно усилена. Руководящие органы Федеральной резервной системы получили дополнительные контрольные полномочия, а представительство в них федеральных властей было расширено[17].

 

Оправдывая свои действия, в радиообращении в мае 1933 г., Рузвельт заявил: «Страна была на волосок от гибели. Страна погибала, поскольку спад промышленности и торговли достиг опасной черты... В той кризисной ситуации было не до обсуждения сложных экономических рецептов и хитроумных планов. Мы имели дело с реальным положением, а не с теорией... В то время перед нами было только два пути. Первый — позволить, чтобы и дальше люди лишались имущества по закладным, чтобы не работал кредит, а деньги складывались в кубышки... Это означало бы продолжение так на­зываемой «дефляции», в итоге которой огромные потери понесли бы все, у кого есть собственность или вклады в банках. Добавлю, что тогда и всех людей, работающих по най­му, ожидали бы чрезвычайные лишения — в результате рос­та безработицы и дальнейшего снижения ставок заработной платы… Еще до своего вступления в должность я пришел к выводу, что нельзя заставлять американцев нести тяготы такой полити­ки. Это означало бы не только дальнейшую потерю людьми домов, ферм, сбережений и заработной платы, но и потерю духовных ценностей — потерю уверенности в настоящем и будущем, которая столь необходима для душевного спокойствия и довольства каждого человека и его семьи... И ясно, что ни голые призывы к доверию, исходив­шие из Вашингтона, ни дополнительные ссуды пошатнув­шимся финансовым институтам не могли остановить дви­жения вниз. Я понял, что нужно осуществить срочную про­грамму действий, это было не только оправданно, но и со­вершенно необходимо для национальной безопасности»[18].

 



[1] Сумма займов выданных банкам Реконструктивной финансовой корпорацией, за два года превысит 6 млрд долл.

 

[2] Как утверждал Гу­вер, в банки поступило только 400 млн. долларов золотом, что увеличило золотой запас меньше чем на 10%.

 

[3] Отмена золотого стандарта вызвала взрыв эмоций. Г. Гувер утверждал, что это был первый шаг на пути к «коммунизму, фашизму, социализму, плановой экономи­ке и ее огосударствлению». Золото, заявлял он, является важнейшим фактором, удерживающим правительство от «конфискации сбережений населения путем манипулирования инфляцией и дефляцией… Мы обращаемся к золоту, потому что не можем доверять правительствам». Руководитель бюджетного комитета Л. Дуглас: «это — конец западной цивилизации». Управляющий английским банком М. Норман: «То, что произошло, ужасно. Весь мир обанкротится». В поддержку президента выступил Дж. М. Кейнс, который заявил: «Рузвельт совершенно прав!». Р. Моули, один из ближайших советников президента, впоследствии остроумно заме­тил: «Кейнс имеет в виду, что президент совершенно левый». (Hoover H. The Memoirs of Herbert Hoover: The Great Depression, 1929-1941. NY., Macmillan, 1952, p. 367, 390-391, 395, 398 (Бернстайн П..., с. 281-283)).

Национализация и последующая девальвация доллара в апреле 1934 г., когда золотое содержание снизилось примерно на 40%, принесли государству около 3 млрд долл. (Язьков…, с. 248). Т.е. больше суммы всех выплат по военным долгам, которые США за все 10 предшествующих лет получили с Европы.

 



[1] Рузвельт Ф..., с. 54

[2] Рузвельт Ф. Радиообращение 14 апреля 1938 (Рузвельт Ф. Беседы у камина, с. 155)

[3] Уткин А.И. Рузвельт…, с. 92.

[4] Рузвельт Ф..., с. 15

[5] Ф. Рузвельт из программной речи в Сан-Франциско, 23 сентября 1932 г. (Язьков Е.Ф…, с. 245).

[6] Рузвельт Ф..., с. 17

[7] Бернстайн П..., с. 279

[8] Hoover H. The Memoirs of Herbert Hoover: The Great Depression, 1929-1941. NY., Macmillan, 1952, p. 204 (Бернстайн П..., с. 280)

[9] Hoover H. The Memoirs of Herbert Hoover: The Great Depression, 1929-1941. NY., Macmillan, 1952, p. 201-202; Eichengreen B. Golden Fetters. NY.: Oxford University Press, 1992, p. 328 (Бернстайн П..., с. 280)

[10] Бернстайн П..., с. 281

[11] Уткин А.И. Рузвельт…, с. 118.

[12] Рузвельт Ф. Радиообращение 7 мая 1933 (Рузвельт Ф..., с. 40)

[13] Бернстайн П..., с. 282

[14] US Supreme Court, Perry v. United States, № 532, 18 февраля 1935 г. (Бернстайн П..., с. 282)

[15] Hoover H. The Memoirs of Herbert Hoover: The Great Depression, 1929-1941. NY., Macmillan, 1952, p. 398 (Бернстайн П..., с. 282-283)

[16] Рузвельт Ф. Радиообращение 22 октября 1933 (Рузвельт Ф..., с. 61-62)

[17] Язьков…, с. 248.

[18] Рузвельт Ф. Радиообращение 7 мая 1933 (Рузвельт Ф..., с. 34)

Подписаться
Если Вы хоте всегда быть в курсе новостей и авторской деятельности В. Галина, оставьте свои координаты и Вам автоматически будут рассылаться уведомления о новостях появляющихся на сайте.